Синдром дефицита внимания и гиперактивности часто ошибочно считают «болезнью детей, которые не могут усидеть на месте». Однако с возрастом симптомы не исчезают, а трансформируются, создавая новые вызовы для подростков и их родителей. Какую роль в развитии синдрома играет генетика и можно ли полностью «перерасти» это состояние, сетевому изданию «Мирмол» рассказала клинический психолог, нейропсихолог Маликат Искандерова.
— Является ли СДВГ болезнью, требующей лечения, или это особенность развития нервной системы, с которой можно научиться жить и адаптироваться? Какова современная научная точка зрения на этот вопрос?
— Синдром дефицита внимания и гиперактивности — это не просто «характер» и не только «болезнь», а нейробиологическое состояние развития мозга. Современная научная точка зрения заключается в том, что это особенность работы систем внимания и самоконтроля, которая может создавать реальные трудности в учёбе, поведении и повседневной жизни, поэтому в ряде случаев требует помощи, включая лечение. Нужно ли лечить СДВГ? Всё зависит от выраженности симптомов: если состояние мешает жизни, то, конечно, необходима поддержка — психолога, нейропсихолога, а иногда и медикаментозная терапия. При лёгких проявлениях можно обойтись стратегиями и адаптацией. Таким образом, с СДВГ можно научиться жить и быть успешным, но без профессиональной помощи это часто даётся гораздо сложнее.
— Насколько распространён СДВГ в России и Дагестане? Растёт ли число случаев?
— Официальные данные по РФ — 1,5–3% детей, но реальная цифра, по оценкам, ближе к 4–7%. Точных данных по Дагестану нет: выявляемость зависит не от реальной частоты, а от доступности специалистов — в регионах многие случаи остаются нераспознанными.
Число диагностированных случаев растёт, но это связано не с «эпидемией», а с повышением осведомлённости врачей, использованием современных критериев и тем, что родители стали чаще обращаться за помощью. Школьные требования к самоконтролю также делают симптомы более заметными. Прямых доказательств влияния экологии или гаджетов на развитие СДВГ нет — среда скорее усиливает или сглаживает проявления, но не является причиной.
— Может ли специалист заподозрить СДВГ без тестов?
— Да, опытный специалист может заподозрить СДВГ по поведению, но это лишь гипотеза, а не диагноз. Наиболее заметные признаки: ребёнок не удерживает задачу, много лишних движений, импульсивность (перебивает, не дослушав), не выполняет инструкции, сильная зависимость от интереса, частые ошибки по невнимательности, эмоциональные вспышки. Поведение нестабильно: ребёнок может быть включён в интересное дело и «развалиться» на обычном занятии. Подтвердить диагноз можно только через полноценную диагностику: интервью, шкалы и сбор информации из разных источников.
— Какую роль играет наследственность в развитии СДВГ?
— Наследственность — ключевой фактор: генетика вносит 60–80% в развитие СДВГ. Если у одного из родителей есть СДВГ, риск у ребёнка значительно возрастает. Однако наследуются не сам диагноз, а особенности работы мозга. Окружающая среда, воспитание и поддержка могут существенно смягчить проявления. Гены создают предрасположенность, но то, как она проявится, во многом зависит от условий и помощи.
— Расскажите, какие трудности возникают у подростков с СДВГ и чем они отличаются от других детских форм поведения?
— У подростков с СДВГ симптомы становятся менее заметными, но более тяжёлыми по последствиям. Гиперактивность переходит во внутреннее напряжение и беспокойство. Импульсивность проявляется в рискованном поведении, конфликтах и экспериментах с вредными привычками. Невнимательность превращается в проблемы с организацией, планированием и дедлайнами. Ухудшается эмоциональная регуляция — возникают перепады настроения и чувствительность к критике. Усиливаются социальные трудности. Главное отличие: в детстве преобладают внешние поведенческие симптомы, в подростковом возрасте — внутренние и исполнительные трудности, влияющие на самооценку.
— Что могут сделать родители, чтобы помочь подростку с СДВГ избежать рискованного поведения?
— Родителям важно создавать внешние опоры вместо ожидания самоконтроля: чёткие правила, предсказуемые последствия, структурированный день. Нужно минимизировать неструктурированное время (особенно вечером), контролировать окружение подростка и его доступ к рискам. Полезно тренировать навык «стоп-подумай-сделай» в спокойной обстановке, обеспечивать быструю обратную связь и короткие, понятные последствия. Вместо запретов — предлагать замену риска: спорт, движение, соревнования. И главное — поддерживать самооценку, фокусируясь на сильных сторонах, чтобы подросток не искал признание через риск.
— Могут ли симптомы СДВГ ослабеть или исчезнуть? Возможна ли полная ремиссия?
— Симптомы СДВГ часто меняются, но не всегда исчезают полностью. Примерно у 30–40% детей к взрослому возрасту симптомы становятся минимальными, у остальных сохраняются, но в другой форме — гиперактивность снижается, а трудности с вниманием и организацией остаются. На прогноз влияют: исходная выраженность симптомов, интеллект и компенсаторные навыки, поддержка семьи и специалистов, а также структурированность среды.
Полная ремиссия возможна, но не у всех. Чаще речь идёт не об исчезновении симптомов, а о приобретении навыков управления ими. Лучший прогноз у тех, кто получает помощь, а не просто ждёт, что СДВГ «перерастёт».
Таким образом, хотя СДВГ не всегда исчезает полностью, современные методы диагностики и поддержки позволяют подросткам с этим нейробиологическим состоянием успешно адаптироваться, учиться и строить свою жизнь. Важно помнить, что своевременное обращение к специалистам и активное участие родителей играют ключевую роль в достижении наилучших результатов, делая путь к успешной адаптации менее трудным.
