4
Как заставить класс внимательно слушать учителя, не отвлекаться на посторонние разговоры и при необходимости наказать без наказания? Это и многое другое знает и практикует молодой педагог из Махачкалы Магомедхабиб Халидов. С сентября прошлого года педагог дополнительного образования, учитель иностранных языков работает в общеобразовательной автономной некоммерческой организации «Ватан». За это короткое время он полюбился не только коллективу школы, но и, самое главное, – своим ученикам. «Он как лев Бонифаций – вокруг него всегда толпа детей», – говорят о нем коллеги. А еще учитель активно ведет блог об образовании.
Совсем недавно один из роликов Магомедхабиба с авторской методикой создания тишины на уроке завирусился в интернете. Дети с закрепленными микрофонами, в которые могли бы говорить, молча сидят на уроке.
— Магомедхабиб, почему вы решили выбрать для себя не самую простую профессию учителя?
— Я в этой сфере уже почти два года. Окончил финансовый техникум, Дагестанский исламский институт и Дагестанский государственный университет. Работал в медицинском колледже имени Башларова, после этого — в Гуманитарно-педагогическом колледже, с сентября прошлого года оказался в школе. В школе, конечно, сложнее, чем со студентами: студенты меня слушали, а здесь уже нужны немного другие методы. Тут я являюсь советником директора по воспитанию, руководителем медиацентра, а также и руководителем «Движения первых». В общем, вся «активка» на мне.
– В каких классах вы преподаете иностранные языки?
– Арабский язык ведется в форме дополнительного образования, который посещают учащиеся всех классов, в том числе – начальной школы. А ещё я являюсь классным руководителем 4 «В». С этими детьми, конечно, сложнее. Классному руководителю необходимо организовать дисциплину с первых дней. Когда я пришел к ним первый раз, то понял, что без строгости не обойтись. А сам я был приятно удивлен, насколько дети влюбляют в себя. А потом уже добавляется искренность: когда они чувствуют её от классного руководителя, отношение становится другим. У нас как семья: если я утром к ним не зайду — у меня настроение уже не то. А если увижу их утром — всё, настроение хорошее.
— А вы помните ваш первый урок в этой школе? Было ли волнение, неуверенность?
— Когда только пришёл в школу и знакомился с детьми, я почувствовал ответственность за них. Учёба — это понятно, но завтра, когда они отсюда выйдут, я же ответственен еще и за их воспитание. Если человек хорошо учится, но воспитания нет — кем он вырастет? Мне важно, чтобы у них был характер, чтобы они были воспитанные.
— С кем сложнее: с мальчиками или с девочками?
— С девочками, мне кажется, легче, чем с пацанами, и это нормально. У нас раздельное обучение, на уроках с девочками чаще бывает тишина. Но и мальчики тоже у меня ведут себя тихо: я научил)
— Потому что вы микрофоны на них надеваете?
— Да-да. У нас инновационная школа)
— Как вы придумали метод создания тишины с микрофонами? Может, увидели у других педагогов, блогеров?
— Я как-то увидел у системного администратора микрофоны. Думаю: что же можно с ними сделать? И придумал: надеть на детей. Когда я зашёл в класс и надел — они вообще ничего не понимали.
— А вы им объяснили?
— Нет, ничего не объяснял. Просто сказал: «Ты, ты и ты» — и подключил сам, выбрал «болтунов», троих-четверых. И получилось так, что это вообще не мешает. Когда кто-то заговорил — слышно на весь класс. И они замолчали.
— Какая реакция была у детей?
— Они удивились и поняли всё. И вот так метод заработал. — А другие учителя пробовали внедрить?
— Нет. Когда они увидели в соцсети ролик, то он столько комментариев набрал! Учителя говорили: «Подарите нам тоже эти микрофоны! Где заказать?»
— А как отнеслись родители?
— С пониманием. Когда я снимаю детей, то спрашиваю у родителей: можно ли? Родители поддерживают мои разные инициативы.
— В том самом завирусивщемся ролике мальчики из вашего класса?
— Не все. В рамках работы школьного Медиацентра «Ватан» я привлекаю учеников разных классов. Им я рассказываю про блогинг, основы журналистики, нейросети и многое другое.
— Какие еще воспитательные методы используете, чтобы научить детей молчать?
— Каждый день что-то придумываю, сейчас ещё нейросети очень помогают с идеями. Например, иногда, пока еще не начал урок, мы играем в «молчанку». Или бывает прихожу в класс, раздаю ученикам вкусняшки (если есть маленькие дети). Им приятно, и они более послушные.
— А в старшей школе сложнее?
— Особенно с подростками — да. Я стараюсь быть для них авторитетом. Если я кому-то скажу, чтобы он вёл себя хорошо, он начинает исправляться. Если ребенок «трудный» — я первый иду на контакт, подхожу к нему, налаживаем общение, стараюсь вызвать у него доверие ко мне. Так и работаю: одного «исправил» — и в классе уже спокойнее. У меня индивидуальный подход к каждому ребёнку. Они не всегда сразу раскрываются, но я им говорю: моя основная цель в школе поддержать, подсказать, наставить. И завтра я буду за это ответственен. Я хочу, чтобы вы были самыми лучшими. Этого же и родители желают детям. Я всем говорю: «Хочу, чтобы вы были лучше, чем я». Они чувствуют искренность — и у нас взаимность.
— Можно ли наказывать детей?
— Наказывать? Я такого человека индивидуально вызываю и работаю по-другому. Договариваемся: «Давай так: если ты сделаешь так-то — у нас будут доверительные, добрые отношения и ты можешь рассчитывать на меня». Но не бить, конечно. Не кричать, вообще нет, это не моё.
— И даже в угол не ставите?
— Нет.
— Какие «наказания» тогда?
— Я пацан, они пацаны. Могу, например, 30 отжиманий дать в наказание. Если к уроку не подготовился — они переписывают конспект этого урока несколько раз. Заодно и почерк потренирует. Я люблю «наказывать» так, чтобы им это было полезно. Полезное наказание. Я всегда ставлю себя на их место: если бы я был учеником, каким бы я хотел видеть преподавателя? Так и отношусь к ним.
— Свою школу помните, учителей?
— Конечно. Я учился в Мехельтинской СОШ очень хорошо, окончил на отлично. Тогда думал: почему преподаватели такие строгие, зачем это всё. Но с каждым годом понимаю: это было для развития. Тогда думал: почему отец ругает, а сейчас понимаю: если бы не ругал — кем бы я стал? То же самое и учитель: если поругал — значит, так нужно, чтобы ученик стал лучше. Сейчас, когда сам на месте учителя, я это понимаю.
— Помимо преподавания иностранных языков, вы упомянули работу в Медиацентре. Чем вы там занимаетесь?
— В медиацентре у нас кружки: блогинг, журналистика, ораторское искусство тоже есть.
— Это по желанию или обязательно?
— Это дополнительное образование и оно по желанию. Я записал всех желающих. Потом, когда они увидели себя в роликах, желающих стало больше. Дети знают, что я веду страницу в соцсетях, и благодаря ей тоже дети проявляют интерес к кружку и ко мне.
— А как вы мотивируете детей к учёбе? Вы говорите: мы учим арабский — где он может пригодится?
– Родители и учащиеся проявили большой интерес к изучению арабского языка. Это я связываю с исповедуемой в регионе религией Ислам. Тем более, что арабский язык в России изучают в общеобразовательных школах и более чем в ста вузах. Среди ведущих образовательных учреждений, специализирующихся на арабистике, — Институт стран Азии и Африки МГУ, МГИМО, РУДН, Восточный факультет СПбГУ, а также факультеты в УрФУ, КФУ и ВШЭ. Рост интереса в стране к арабскому языку связан с геополитическими, культурологическими и экономическими процессами. Российские компании, выходящие на рынки Ближнего Востока, нуждаются в специалистах, которые умеют вести переговоры, понимают культурные нормы и способны выстраивать доверительные отношения с арабскими партнёрами. В октябре 2024 года при гимназии имени Примакова в Московской области заработал Центр международного сотрудничества с ОАЭ в сфере образования имени шейхи Фатемы Бинт Мубарак. Там уже начали подготовку к включению арабского языка в ЕГЭ. По планам, это произойдёт в 2026 году.
«Он как лев Бонифаций – вокруг него всегда дети». Интервью с Магомедхабибом Халидовым, который успокаивает учеников дистанционно
