Две волны дождей и потопов позади. Дагестан готовится к третьей. В республику едут федеральные чиновники, помощь идет отовсюду, задействованы больше региональные, федеральные и общественные силы. В республике объявлена ЧС федерального масштаба.
Какие основные тезисы произошедшего можно отметить уже сейчас?
Ответственность людей и чиновников
Несмотря на то, что хочется обвинить всех, кроме себя – произошедшее в республике – коллективная ответственность. Для кого-то большая, для кого-то меньшая. Виноваты все в той или иной степени. И те должностные лица, которые должны были контролировать застройку, например, в районе Цумадинского рынка, и те, кто, надеясь на «зеленку», застраивали русла рек. Таких, примеров, предостаточно.
Тут нужно сделать оговорку в защиту простого населения, которое требует от властей реакции и возмещения убытков – это их законное конституционное право. Часть того самого общественного договора, знакомого нам из курса теории государства и права.
О том какие меры принимает дагестанские власти для помощи пострадавшим от паводков, и какая помощь оказывается Дагестану можно почитать здесь.
Конспирологические теории
Нас хлебом не корми, дай поговорить, о вышках 5G, вертолетах, распыляющих коронавирус, самолетах, которые вызывают дожди, о прорывах крупнейших региональных дамб. Где-то это – часть менталитета, власть толпы и соцсетей, где-то недостаточная образованность, а где-то отсутствие информации о происходящем (кстати, 10 дней пытаемся получить от «Россетей» инфу о том, что они делали и будут делать с подстанцией «Приморская», но пока безрезультатно) и неумении с ней работать.
Вскрытие нарывов. Как использовать катастрофу во благо
Проблему ливневок Махачкалы решали, решали да не вырешали. О ней знали, о ней говорили, но воз остался и ныне там. Появились уголовные дела, экс-чиновника мэрии даже привлекли ответственности (завели уголовное дело). Но даже со ссылкой на аномальные осадки это не освобождает действующую администрацию от, скажем так, «решительных мер» в этом направлении. Благо сейчас можно и нужно привлекать для этого не только муниципальные и региональные деньги, но и попытаться замахнуться на федеральные. Не все же бизнесу ступеньки сносить. Ливневка, неожиданно, становится для Джамбулата Салавова хорошим тестом. Как и вопрос незаконной застройки в городе. Кто знает, возможно Салавов на данный этапе именно тот человек, который сможет решить этот вопрос. Время покажет.
Кстати, судья, который узаконивал некоторые из строений рядом с «ушедшим» в овраг трехэтажным домом в Махачкале в районе Цумадинского рынка, ушел в отставку. Следом ушли еще двое судей.
А там и другие тесты на очереди. Причем не только для мэра.
Сегодня, с учетом федеральной поддержки, многое можно сделать с нуля. Как положено. Чем не тест?
Хайп, хейт и соцсети, которые живут по своим законам
Трагедия, случившаяся в Дагестане, еще раз подчеркнула, что соцсети и информация в них живет по своим, не всегда понятным правилам. В духе «в интернете опять кто-то не прав». Важно помнить, что пользы от соцсетей все-таки больше, особенно в ситуации, в которой оказался Дагестан. Мы знаем о масштабах беды, мы знаем своих героев, мы знаем как помогли соцсети и крупные блогеры в распространении призывах помочь финансово и материально пострадавшим. Без этого было бы сложно. Можно потерпеть условного Магомеда, который думает, что эти беды из-за «не покрывшихся женщин», или Патимат которая рада потопу, «потому что в Дагестане теперь будет меньше туристов». Спойлер: не будет.
Животные…
Радует, что мы и люди, которые едут к нам, помогают не только людям, но и животным. Мне кажется, забота о братьях наших меньших это подтверждение того, что общество, в котором мы живем – здоровое общество.
…и люди
Эдвард Блейкли, почетный профессор Университета Сиднея, в 2007–2009 годах принимал участие в восстановительных работах в Новом Орлеане после разрушений печально известного урагана «Катрина». В своей статье в сборнике «Восстановление городов после стихийных бедствий» он пишет, как важна была самоорганизация и помощь волонтеров. В другой статье этого сборника сказано, что, когда в 1995 году из-за аномальной жары в Чикаго погибли 739 человек, в тех районах, где соседи ходили по домам и навещали друг друга, смертность была значительно ниже, чем в более разобщенных, — почти на том же уровне, как в богатых районах с кондиционерами.
Потопы в Дагестане еще раз показал какие люди живут в Дагестане и за его пределами. Особенно хочется отметить наших волонтеров и просто неравнодушных людей, которые приезжают в Дагестан с самых разных точек нашей страны. Спасибо!
Последствия
Потопы в Дагестане – это история, с которой нам придется прожить (возможно) длительное время. Кто-то уже называет цифры восстановления – 10 лет, или около того. Надеюсь, что мы справимся раньше. Гораздо раньше.
Не менее важно понимание того, что это может повториться вновь – эффекта неожиданности для апологетов фразы «такого еще не было» — уже не будет. Это потенциально большое электоральное фиаско с нехилым тормозным путем.
Фото — Евгений Костин / «Молодежь Дагестана»
