«Многое сам, Телемах, ты своим угадаешь рассудком;
Многое демон откроет тебе благосклонный; не против
Воли ж бессмертных, я думаю, был ты рожден и воспитан»
Вышла «Одиссея» – новый фильм Кристофера Нолана. Один из самых известных текстов в мире – снова на экране, чтобы снова напомнить нам, что такое бремя идущего впереди. Нолан, как большой художник, использует этот текст по-своему, переписывает под себя, делая его своим.
Режиссер обращается к «Одиссее», которая в его глазах говорит даже не о древней цивилизации, а больше о современном мире.
По сути, картина – это большой сеанс терапии, в котором каждый найдет что-то свое.
«То, чего ты желаешь больше всего – это то, чего тебе никогда не получить. А то, чего тебе больше всего не получить – это то, что у тебя было и что ты потерял».
Это «что-то» у каждого свое.
Одиссей – который не может вернуться из-за чувства вины. И, как оказалось, всю жизнь воевал не против того врага. Как вообще жить после катастрофы вселенским масштабов, когда рушатся и заново собираются цивилизации?
«Сжечь стены Трои значило сжечь весь мир дотла, включая собственный дом. Мы жили в мире дворцов, торговли и языков, слепые к его красоте, пока не разрушили его».
Один из главных посылов: любая война, в конце концов, заставляет разочароваться в героизме.
Еще один посыл – пока Одиссей (в лице Мэтта Дэймона) несет груз возраста, который еще в силе, его сын – Телемах, росший без отца, никак не может взять на себя ответственность и боится быть взрослым. Телемах, этакий миллениал, которому нужен рядом взрослый, чтобы окончательно повзрослеть. Но взрослого рядом нет.
Это видно даже в сцене боя, когда Одиссей в одиночку «выносит» десятки женихов Пенелопы, а Телемах не может справиться с одним, чтобы помочь отцу.
В конечном итоге все «плачут» по тому, что было утеряно. Но, как бы то ни было, всё заканчивается тем, что молодость останется жить в новом мире (каким бы он ни был), а старость уйдёт в закат почтить память тех, кто пал на этом огромном и порой одиноком пути под названием «жизнь».
